Ранний бронзовый век Крыма

Ранний бронзовый век. Эпоха бронзы представляет собой период в истории человечества, характеризующийся широким распространением изготовленных из бронзы орудий труда и оружия. Переход от энеолита (медно-каменного века) к бронзовому веку в разных частях Старого Света происходил в разное время. Раньше всего, в IV тыс. до Р.Х., бронза стала известна в Южном Иране и Месопотамии.В Северном Причерноморье начало бронзового века (который подразделяется на три периода: ранний — III тыс.; средний — первая половина II тыс.; поздний — вторая половина II тыс.) относится к первым столетиям III тыс. до Р.Х., когда на Северном Кавказе сформировалась так называемая майкопская культура, оказавшая решающее влияние на развитие металлургического производства сопредельных степных племен. Наиболее яркое явление энеолита и раннего бронзового века Восточной Европы — это сложение огромной по своим масштабам ямной культурно-исторической области, охватившей уже на раннем этапе степную полосу от При-Уралья на востоке до бассейна Днестра на западе.Раннеямные поселения немногочисленны и изучены пока недостаточно, поэтому основным видом памятников, которые позволяют составить представление об этой эпохе, являются погребения под искусственными земляными сооружениями — курганами. В настоящее время курганы выглядят как оплывшие земляные насыпи, но в древности они имели более строгие геометрические формы, их основание нередко ограничивали ров или кромлех в виде каменного пояса, поверхность покрывалась слоем желтой или зеленоватой глины, а также дерном и морской травой. Позднее в готовых насыпях совершались новые захоронения, которые называют впускными, а курган досыпался; таких досыпок бывает несколько, причем разрыв во времени между первой, основной могилой и наиболее поздними впускными достигает 2-3 тыс. лет.Материалы из многих сотен исследованных курганов привели ученых к выводу, что в раннеямный период на обозначенной территории происходит процесс культурной нивелировки, проявляющейся наиболее ярко в установлении внутреннего ритуального единства. Могила представляет собой вырытую в материке яму (отсюда название культуры — ямная) с останками погребенного, лежащего на ложе (сделанном из органических материалов — дерева, камыша, шкуры животных) и посыпанного красной минеральной краской — охрой После совершения ритуальных действ, которые должны были обеспечить переход усопшего в иной мир и обезопасить живых от его негативных влияний, воздвигался курган. Этим же магическим целям служили кольцевой ровик или каменная ограда вокруг кургана и некоторые другие элементы его конструкции. Формы более поздних могил, впущенных в готовую насыпь на небольшую глубину, чаще всего не прослеживаются, но принадлежность того или иного комплекса к ямной культуре (даже в тех случаях, когда он не содержит инвентаря, то есть сопутствующих находок) определяется по иным деталям обряда, в том числе, и по специфическому положению усопшего на спине (реже на боку), с подогнутыми в коленях ногами, головой на восток или северо-восток.Переход к единым нормам погребальной обрядности сопровождался распространением одинаковых типов и способов орнаментации лепной посуды, а также изделий из других материалов — камня, кости, металла.Следует, однако, отметить, что в раннеямных могилах инвентарь представляет большую редкость, что могло быть обусловлено только религиозными предписания-ми, иначе трудно объяснить широкое распространение и длительность существования этого обычая. Между тем фиксируемые нами безынвентарные погребения изначально, по-видимому, не являлись таковыми (у индоариев, родиной которых считаются северопричерноморские степи, вся ритуальная посуда была деревянной). В позднеямное и особенно в катакомбное время, когда глиняные сосуды входят в ритуальную практику, их нередко ставили в могилы вверх дном; при этом на стенках многих из них сохранились потеки — следы возлияний, совершавшихся, очевидно, горячим топленым маслом. О напутственной пище здесь говорить не приходится — это жертвоприношения, адресованные каким-то хтоническим (то есть связанным с землей) божествам. Но и в позднеямное время сосуды сопровождали преимущественно детей, тогда как даже «богатые» захоронения взрослых с металлическим и иным инвентарем, как правило, не содержали керамики. Эта особенность характерна для ямных памятников всего степного Причерноморья (чем они отличаются от майкопских на юго-востоке и позднетрипольских на западе).Распространение общих культурных стандартов на огромной территории могло происходить лишь в условиях высокой подвижности населения и, очевидно, связано с миграциями конкретных племенных групп. Процесс этот был длительным и растянулся на столетия.Последующие этапы развития характеризует нарастание локальных различий внутри ямной культурно-исторической области, что было обусловлено целым рядом причин. Далеко не последнюю роль здесь играла географическая среда, предопределявшая в каждом конкретном регионе основные параметры хозяйственной деятельности, и, кроме того, раз-нонаправленность культурных связей. В Крыму, при безусловном преобладании «классических» ям-ных погребальных комплексов, появляются могилы в виде деревянных и каменных гробниц (рис. 2), иногда расписанных изнутри черной, белой и красной красками и перекрытых каменными закладами в виде купола. В одной из каменных гробниц с останками погребенного по ямному обряду человека находились металлические изделия, характерные для майкопской культуры, однако изготовлены они из иного, несвойственного бронзам Северного Кавказа, сплава.А. А. Щепинский, объединивший памятники раннего бронзового века, отличные от «классических» раннеямных, в одну группу, выделил новую культуру, получившую название кеми-обинской; ее ареал первоначально ограничивался Крымом, позднее, по мере открытия аналогичных или близких памятников в других областях, был расширен до масштабов всего степного Причерноморья. Кеми-обинская культура рассматривается как исконно местная и связывается с иным, отличным от пришлого ямного, этносом. Гипотеза Щепинского получила широкое признание среди исследователей, однако обстоятельного обоснования она не имеет по сей день. Не касаясь других слабых ее сторон, отметим лишь, что ящичные гробницы представлены на той же территории, что и могилы ямной культуры, и встречаются в курганах наряду с позднеямными, хронологически предшествуя им или следуя за ними. К тому же в Крыму, где их значительно больше, чем в любой другой области Украины, на многие сотни типично ямных могил приходится менее двух десятков деревянных ящиков и не более полусотни каменных. Данное обстоятельство, то есть малочисленность ящичных гробниц, а также отсутствие «своей» территории, занятой исключительно или преимущественно памятниками данного вида, обусловило включение в круг кеми-обинских собственно явных комплексов. В результате такой «перекодировки» Крым оказался вне пределов ямной культурно-исторической области, что и резюмировал наиболее последовательный в этом вопросе А. М. Лесков: акцентируя внимание на реально существующих параллелях, он рассматривал так называемую кеми-обинскую культуру Крыма в качестве локального варианта дольменной культуры Северного Кавказа.Подобные заключения носят, на наш взгляд, декларативный характер, поскольку не опираются на анализ всего накопленного археологического материала и, более того, входят с ним в противоречие. Погребальные памятники раннего бронзового века Крыма (равно как и облик материальной культуры в целом) те же, что и в сопредельных областях Украины. Это, собственно, и определяет их культурную принадлежность. Однако географическое положение полуострова обусловило более высокую интенсивность связей его населения с племенами Предкавказья, которые едва ли ограничивались меновой торговлей — в условиях непосредственного соседства, при известной зыбкости и непостоянстве межплеменных границ представляется неизбежным взаимопроникновение отдельных (не обязательнобольших) групп с той и другой стороны на «чужие» территории. И хотя Северный Кавказ являлся крупным центром металлообработки и был «законодателем мод» в этой важнейшей отрасли производства для всего Северного Причерноморья, сейчас пока трудно установить как глубоко простиралось его влияние в других областях материальной и духовной культуры и где он был заимствующей стороной. Так, ряд исследователей считает, что сама поздне-майкопская (новосвободненская) культура, в отличие от ранне-майкопской, сложилась в результате миграции племен с Запада, в частности, из Польши и Западной Украины, причем датируют эти миграции рубежом IV - III тыс. до Р.Х.Не входя в рассмотрение аргументации данной гипотезы, которая не во всем убедительна и требует дополнительного обоснования, отметим лишь реальность западных влияний, проявляющихся, в том числе, и в Крыму, но относящихся к значительно более позднему времени. Так, из кургана у с. Заозерное Сакского района происходит глиняная трипольская статуэтка, из курганов у с. Рисовое Красноперекопского и с. Шалаши Сакского районов (рис. 3,11, 13) — аналогичные позднетри-польским сосуды, которые можно рассматривать как импорт, из того же кургана у с. Рисовое — кубок, аналогичный кубковид-ным сосудам культуры шаровидных амфор, из кургана у с. Вишенное Белогорского райо-на __ кубок среднеднепровской культуры. Нами названы наиболее яркие находки явно неместного происхождения, но при необходимости их список можно расширить.Новации не ограничивались появлением импортов и ящичных гробниц. В позднеямное время происходит размывание монолитности ямной культуры Крыма и прежние относительно единообразные нормы погребальной обрядности утрачивают свою обязательность. Встречаются единичные захоронения в вытянутом положении; получает распространение, помимо восточной и северо-восточной, ориентация погребенных на юг, север, запад; наряду с «бедными» безынвентарными захоронениями в обычных для ямной культуры некрупных могильных ямах имеются захоронения в ямах большого размера в сопровождении предметов вооружения, дорогого по тем временам металлического инвентаря и разобранных деревянных повозок. Ярче проявляйся культ огня — могилы, а иногда и весь курган перекрываются накатом из бревен, который затем поджигается, и, когда пламя охватывает всю конструкцию, его гасят землей, возводя насыпь. В результате бревна обугливались, но не сгорали полностью, что и обеспечило их хорошую сохранность в течение по меньшей мере четырех тысяч лет. Встречаются частично обожженные скелеты, а тот факт, что они обожжены только снизу и в могилах нет следов кострищ, свидетельствует, что огненные манипуляции производились где-то на стороне. Обряд приобщения умершего соплеменника к огненной стихии восходит, возможно, к до-ямному времени, хотя формы этого приобщения в разное время и у разных племен могли быть различными. По-видимому, о таком приобщении говорится в некоторых стихах древнейшего свода гимнов индоариев «Ригведе», например:Не сжигай его, Агни, дотла, не пожирайНе испепеляй его кожу и тело!И далее, обращаясь к умершему:Накройся коровьими членами, (как панцирем), от Агни, Закутайся в жир и топленое масло,Чтобы дерзкий (Агни),играющий пламенем, Не охватил тебя, чтобысжечь дотла. Любопытно, что древнегреческий герой Ахилл также покрыва-ет тело своего погибшего под Троей друга Патрокла частями туш забитых животных, хотя там, как это следует из «Илиады», тру-посожжение было полным. Различия в посмертных воздаяниях в позднеямной среде отражают далеко зашедший процесс социальной и имущественной дифференциации, и «пышность» погребального обряда была призвана обеспечить сохранение за усопшим его высокого прижизненного статуса в потустороннем мире.С изменением внутренней структуры ямного общества связана каким-то образом возросшая военная активность и подвижки внутри ареала, сопровождавшиеся неизбежным в такой ситуации перераспределением территории. Характерно, что первые укрепления в виде рвов и каменных стен появляются на многослойном Михайловском поселении в Нижнем Поднепровье на заключительном этапе его существования, то есть в позднеямное время. В этот процесс могли быть вовлечены отдельные группы неямного населения сопредельных областей, чем и объясняется возникновение новых явлений в погребальном обряде ямников, а также предметов, прежде всего керамики, не одной, а нескольких культур -позднемайкопской, трипольской, среднеднепровской, шаровидныхамфор. Разнородность привнесенных элементов и их неполная синхронность свидетельствуют о длительности и импульсивном характере обозначенного процесса, что обеспечило постепенную трансформацию ямной культуры, не утратившей, однако, своего специфического облика до начала среднебронзового века.Основу экономики ямных племен составляло комплексное ско-товодческо-земледельческое хозяйство при явном преобладании скотоводческой отрасли. Ремесленное производство, за исключением, возможно, металлообработки, не было специализированным; орудия труда, оружие и прочие изделия производились внутри семейных общин. Поселения этого времени в Крыму пока не обнаружены, что косвенно свидетельствует об относительной легкости и простоте жилых построек, от которых не осталось следов, а также о частой смене мест обитания, обусловленной быстрым истощением природных ресурсов ближайшей округи, прежде всего пастбищных угодий. Возведение курганов, требовавшее огромных, а в отдельных случаях просто колоссальных трудовых затрат, отражает важную роль в системе идеологических представлений культа предков. По представлениям древних (в частности, ариев) строгое соблюдение погребальных ритуалов и последующие жертвоприношения поддерживали существование предков в потустороннем мире; в свою очередь предки, будучи приближенными к внеземным сферам и силам, заботились о живых родичах, оказывая им защиту и покровительство. С культом мертвых связаны каменные стелы, которые встречаются чаще всего на перекрытиях могил. Они разных размеров и форм, изготовлены преимущественно из ракушечника, известняка и песчаника. Наибольший интерес среди них представляют антропоморфные в виде подпрямоугольных плит с выделенной головой (рис. 1,3,4).О первоначальном назначении и культурной принадлежности антропоморфных стел высказывались различные мнения. Согласно одному из них, стелы принадлежали местному доямному населению и в ямное время использовались вторично как обычный строительный материал. Однако этому противоречит сохранившаяся к моменту раскопок раскраска некоторых из них, в том числе, и преднамеренно разбитых при совершении захоронения; в момент снятия таких стел краска на глазах тускнеет и осыпается. Именно сочность красок говорит за то, что они наносились (или обновлялись) в процессе погребальной церемонии, а стела мыслилась связанной каким-то образом с усопшим.Среди этой категории памятников преобладают примитивные изваяния, нередко с едва угадываемыми признаками антропоморфности, но встречаются и такие, которые без натяжки можно назвать высокохудожественными. Одна из них найдена у села Верхоречье Бахчисарайского р-на: на лицевой стороне стелы выше сложенных на груди рук изображен лук, ниже лука — две фигурки лошадей и пояс с боевым топором; ниже пояса, а также выше его, рядом с изображениями лошадей расположены две пары человеческих фигурок, исполняющих ритуальный танец, при этом у нижних фигурок четко обозначены признаки пола. На правом плече оборотной стороны стелы изображен прямоугольный предмет в виде дорожной сумы, подвешенной на бечевке, на левом — колчан со стрелами, справа от колчана — две фигурки (самец и самка) диких животных, похожих на сайгу. Все изображения выполнены в технике высокого рельефа. Эта стела, по-видимому, не имеет отношения к погребальному культу и может быть соотнесена, скорее, с весенними календарными обрядами. Как нам представляется, она являет собой бога-пастыря, хозяина и покровителя диких и домашних животных, близкого по своим функциям индийскому, ведийскому божеству Рудре. В пользу этого предположения свидетельствует как наличествующие изображения, так и отсутствующие среди них изображения коровы и быка, роль которых в хозяйстве и культе племен раннебронзового века была доминирующей (Рудра мыслился не только антропоморфным, но и представлялся в образе быка и в этом своем качестве сходился с богиней земли Пришни, принимавшей образ коровы).Надо, однако, отметить, что вер-хореченская стела может относиться не к ямному, а к раннекатакомб-ному времени — висло-обушные топоры, аналогичные изображенному на стеле, более характерны для катакомбных комплексов.О других видах искусства мы можем судить лишь по орнаментированным каменным ящикам и керамике, где безраздельно господствуют геометрические композиции. На лепных сосудах орнамент выполнен отпечатками веревочки и различных штампов или прочерчен острым предметом; стенки ящиков расписаны изнутри, как уже отмечалось, минеральными красками — черной, белой и красной, в отдельных случаях орнамент выполнен в технике углубленного рельефа. Монотонные и сухие, по нашим представлениям, орнаментальные схемы имели магическое содержание — первобытность не знала «искусства для искусства», то есть чистого украшательства.